Вам будет интересно
Наши новости

Пойдешь ты в «Риш» и угоришь. О чем шутили в Пензе в 1920-е годы

3 марта 2017 21522 просмотра
«Ерш» для беспартийных, мокшанский призрак, нравы пензенских театралов и состояние городских улиц — все это становилось объектом шуток в пензенских сатирических журналах 20-х годов. Шеф-редактор ИА «Пенза-Пресс» Александр Поляков — о том, что и как высмеивали в Пензе без малого сто лет назад.

" data-title="Пойдешь ты в «Риш» и угоришь. О чем шутили в Пензе в 1920-е годы — Пенза-пресс, рунет за день">

«Ерш» для беспартийных, мокшанский призрак, нравы пензенских театралов и состояние городских улиц — все это становилось объектом шуток в пензенских сатирических журналах 20-х годов. Шеф-редактор ИА «Пенза-Пресс» Александр Поляков — о том, что и как высмеивали в Пензе без малого сто лет назад.

Сейчас сложно такое представить, но в провинциальной Пензе практически одновременно выходило сразу два сатирических журнала — «Пензенский барабан» и «Товарищ». Век их, правда, был не долог. Пришелся он на первую половину 1920-х — годы НЭПа. Тогда вновь стало можно заниматься частной торговлей, в магазинах и на рынках появились товары, открывались (и так же быстро закрывались) кафе и рестораны. После ужасов Гражданской войны и военного коммунизма казалось, что жизнь начинает налаживаться. Была и другая сторона медали: все сильнее расцветала коррупция, жажда личной наживы. Типажи, порожденные временем, — нэпман, спекулянт, растратчик — вызывали у многих недоумение, а иногда просто ненависть. Смех был одним из способов справиться с этим.



Пензенские сатирические журналы не просто выпускали пар — это был орган критики (провинциальные нравы критиковались, разумеется, с пролетарских позиций) и источник актуальной информации. В «Товарище», к примеру, наряду с карикатурами и фельетонами публиковался, как бы сейчас сказали, научпоп — заметки об Эйнштейне, проектах сферического корабля и воздушного вокзала, возможностях полета на другие планеты, создании громкоговорителя, а кроме того — логические головоломки, загадки, фотохроника (не столько пензенская и советская, сколько мировая), изредка даже репортажи и интервью.



Первым появился «Пензенский барабан». Просуществовал он совсем недолго — с 1922 по 1923 год. Самопровозглашенный статус единственного в мире журнала, выходящего «по мере надобности», издание оправдывало полностью. Его номера, каждый из которых имел собственное направление («Разношерстный», «Театральный», «Обывательский» и др.), появлялись нерегулярно. Шестой выпуск стал последним.

Это было небольшое, восьмистраничное издание («Товарищ», к примеру, был вдвое, а потом и втрое толще) тиражом всего 1600 экземпляров. Стоил журнал 100−125 тыс. рублей — не так уж много, учитывая тогдашнюю гиперинфляцию в России.

Чувство юмора у редколлегии «Пензенского барабана» было специфичным. Первый номер издания, выпущенный в июне 1922 года, датирован, однако, 1924 годом. Ниже на странице находилось примечание: «редакционные часы переведены на два года». В том же номере была помещена инструкция о том, как лучше читать журнал. Это следовало делать во время бессонницы или в момент острой боли, на спинке кресла или дивана, причем «ноги должны быть засунуты под висящую на стене картину»; если у читателя не было керосинки, то разрешалось выйти с журналом на крышу, под лунный свет. Издатель и редактор «Пензенского барабана» Г. Граусман сформулировал девиз журнала так: «Смех столь же необходим пролетарию, сколь галстук — буржую».



В редакции «Товарища» детище Граусмана недолюбливали.

«Читателю-пролетарию журнал «Барабан» нужен так же, как буржую — галстух его редактора», — перефразировали девиз конкурентов в первом номере «Товарища».

В «Пензенском барабане» публиковали много рекламы, и, вероятно, коллегам по цеху казалось, будто издание «у нэпманов ищет подачки». Зато сегодня, разглядывая страницы журнала, можно узнать кое-что о повседневной жизни пензенцев начала 1920-х.

Летом 1922 года в саду «Объединение» на Ярмарочной площади близ вокзала Сызрано-Вяземской железной дороги (сейчас — Пенза-1) по понедельникам давал концерты духовой оркестр под управлением Алексея Сергеевича Турищева — дирижера и композитора, написавшего знаменитую музыку к «Варягу». В одноименном кинотеатре на Ярмарочной площади каждый день крутили русские и зарубежные фильмы.

«Когда туда входишь, то получается впечатление, что как будто бы попадаешь в царство небесное или же именины к богатому родственнику […] Провести час, полтора в кино «Объединение», имея оба кармана, наполненными семечками, слушая музыку и созерцая наизахватывающую драму из великосветской жизни с королями экрана — есть одно из величайших удовольствий, доступных человеку, обладающему в кармане парой лишних лимонов», — писал «Пензенский барабан».

«Доставалось» и пензенскому театру, а в особенности — местным театралам:

«В Народном доме, согласно проекту архитектора, можно ставить не только драмы, комедии и трагедии, но также оперы и оперетки, причем в случае надобности, место, где помещается оркестр, можно очень легко превратить в скамью подсудимых, человек на 100−150.

Что касается до пензенских театралов, то они […] всегда, когда идут в театр, то обязательно наполняют все карманы семечками».

По воскресеньям, после посещения театра и кино, зрители, прогуливаясь по центру города, могли зайти в ресторан «Стрельна» на углу Московской и Рождественской (сейчас — М. Горького) улиц. Там в этот день подавали кулебяку, а по вторникам — пельмени. Неподалеку, на углу ул. Московской и Базарной площади работала семейная кафе-столовая «Амур», где кушанья готовились «исключительно на коровьем масле».




«Товарищ», выпускавшийся в качестве приложения к газете «Трудовая правда», был подчеркнуто критически настроен к такой милой буржуазной жизни.

Пойдешь ты в «Риш»
И угоришь,
Пойдешь в «Арт-арт», —
Войдешь в азарт
И там пропьешь
Последний грош


Или вот — сатирическая зарисовка, как будто из «Стрельни». Называется: «В ресторане «НЭП».

— Вам что прикажете: красненького или беленького?
— Давай, что есть. Я — беспартийный.
После выпивки:
— Па-а-слуш-ть… Что же это такое! Один звон в ушах, а внутри — одна пакость… Так все наружу и тянет.
— Сами же вы сказали, что беспартийный. Вот я и подал: красненького и беленького вместе.
— Как же это называется?
— Называется? По старому — «ерш».
— А по-новому?
— По-новому: «Учредилка»!
— А-а… Это уж мы пробовали… В Самаре. В следующий раз, пожалуйста, такой дряни не подавайте…

«Учредилка» — это Комитет членов Учредительного собрания (сокращенно КОМУЧ) — антибольшевистское правительство, которое действовало в Самаре в 1918 году. Вообще, многие шутки в журналах были напрямую связаны с тогдашней повесткой дня: и с внутренней («белые», эсеры, меньшевики, духовенство, самогонщики), и с международной. Современному читателю не всегда понятно, что комичного, например, в Генуэзской конференции, и почему стоит уделять так много внимания Всероссийской сельскохозяйственной выставке 1923 года, на которую Пензенская область представила аксельский огурец, бессоновский лук и саранскую махорку (до 1928 года Саранск входил в состав Пензенского региона). Зато большинство пензенских проблем, над которыми шутили авторы сатирических журналов, многим прекрасно понятны даже сегодня.



Не менее любопытны карикатуры, высмеивающие пензенскую действительность 1920-х и публиковавшиеся в «Товарище», который явно претендовал на статус пензенского «Крокодила» (который, кстати, первоначально тоже был приложением — к «Рабочей газете»). Готовили их не только по новостным поводам.

В октябре 1923 года в Мокшане стали активно распространяться слухи о том, что по ночам в сквере возле Народного дома появляется призрак в белом костюме. Попытки поймать его неизменно оказывались неудачными, зато все больше людей боялись выходить на улицам по вечерам. В карикатуре «Товарища» призрака назвали сразу тремя именами: темнота, глупость, суеверие.



В 1922—1924 годах увидело свет 26 выпусков журнала. Это были полновесные издания (20 страниц и более), их тираж составлял 8−9 тысяч экземпляров. Последний номер, изданный в феврале 1924 года, был полностью посвящен памяти умершего в январе Ленина. Разумеется, сатиры в нем не было.

«В дни великой утраты каждая маленькая потеря становится незаметной», — писала редакция.

В 1925 была предпринята попытка возродить журнал, но она не удалась. После двух выпущенных номеров «Товарищ» закрылся окончательно. Наверное, в этом была и какая-то примета наступающего времени: шутки про скамью подсудимых постепенно становились действительностью. И это было уже не смешно.

При подготовке статьи использованы материалы из книги Сергея Стыкалина и Инны Кременской «Советская сатирическая печать. 1917−1963».

Оцифрованные экземпляры «Пензенского барабана» и «Товарища» и других редких советских и дореволюционных изданий размещены в открытом доступе на
сайте Пензенской электронной библиотеки.

Фотография: сканы газет

Главные новости Пензы на Яндекс.Новостях
Вступай в группу во ВКонтакте о Пензе
Картина дня в Telegram без спама и обсуждений
Подпишись на специальную рассылку новостей ИА «Пенза-Пресс»

Социальные комментарии Cackle