Вам будет интересно
Наши новости

«Работаем за аплодисменты, но с удовольствием». Интервью с Е. Сафроновой

13 марта в 09:01 2444 просмотра
, сколько в регионе Заслуженных артистов России и почему симфонический оркестр нужно слушать исключительно вживую? Об этом редактор авторских программ телеканала «Экспресс» Павел Прохоренков в рамках проекта «Концертник» (16+) побеседовал с солисткой Губернаторской симфонической капеллы, заслуженной артисткой России Еленой Сафроновой.

" data-title="«Работаем за аплодисменты, но с удовольствием». Интервью с Е. Сафроновой — Пенза-пресс, рунет за день">

Много ли в Пензе поклонников оперы и оперетты, сколько в регионе Заслуженных артистов России и почему симфонический оркестр нужно слушать исключительно вживую? Об этом редактор авторских программ телеканала «Экспресс» Павел Прохоренков в рамках проекта «Концертник» (16+) побеседовал с солисткой Губернаторской симфонической капеллы, заслуженной артисткой России Еленой Сафроновой.

— У многих, кто профессионально не связан с пением, есть привычка напевать, когда мы ходим по улице. Есть такая привычка у профессионалов, тех, кто голосом зарабатывает?

— Наверное, у всех по-разному, но у меня точно есть. Часто иду по улице, пою и думаю: «Да, меня могут воспринимать несколько неадекватно» (смеется).

— Что напеваете?

— В зависимости от настроения, это может быть все что угодно.

— А наш город располагает к тому, чтобы идти и напевать песни?

— Да, определенно!

— Какие места для вас самые любимые в Пензе?

— У нас вообще весь город очень музыкальный, поэтичный, уютный. Не знаю, как это объяснить. Я его просто люблю. Какие места? Район Западной поляны, очень люблю перекресток, где находится гимназия № 1, министерство культуры на противоположной стороне стоит. Это местечко какое-то необыкновенное. И таких много у нас.

— Поете всю жизнь?

— Да. Как только родилась — так и запела.

— Этому родители способствовали?

— Да, мама с папой пели всю жизнь, причем у них от природы были очень красивые голоса, именно с академической постановкой. И я родилась с ней. Мама сама очень мечтала стать артисткой, но у нее не сложилось, она педагог, преподавала русский язык и литературу. А потом поменяла профессию на логопеда-дефектолога. Много лет проработала им. Но любовь к пению родители пронесли через всю жизнь. Пели везде, где только можно, и дуэтом с папой, и по отдельности.

— А аккомпанировали себе как?

— Они всегда были в составах больших коллективов самодеятельности, в хорах, ансамблях. Везде были солистами. Папа учился в сельскохозяйственном институте, мама работала там же библиотекарем после окончания Саранского государственного университета. В сельхозинституте была на тот момент очень солидная самодеятельность, ей руководила наша знаменитая Наталья Дмитриевна Трубиньш.

— Родственница наших Трубиньшей?

— Да, бабушка. И коллектив гремел тогда на всю Россию.

— Есть ли гастроли в биографии Елены Сафроновой?

— Гастролей было много и очень интересных, в том числе — и значительных, зарубежных. Все изменилось после 2008 года. Выезжать стало очень дорого. Сейчас мы можем выехать в какой-то один город на один большой концерт — в прошлом году ездили в Саранский национальный театр оперы и балета театр с гала-концертом. Публика приняла нас очень тепло, зрители были в восторге! А мы несколько удивились такой реакции. Как потом нам сказали, в составе нашего коллектива их покорило большое количество молодых исполнителей и очень красивых голосов! И программа была очень разнообразна.

— Как вы считаете, эти бесконечные разговоры по кругу о музыкальном театре в Пензе когда-нибудь прекратятся? Они увенчаются чем-то?

— Я думаю, что нет. Это было уже неоднократно сказано. Мы надеялись, что это станет возможно с обретением нового здания, которое строилось как «Филармония — Музыкальный театр». И сцена, и оркестровая яма, и зрительный зал — все было рассчитано на это. Но мы осуществили всего две постановки силами губернаторской симфонической капеллы и приглашенных солистов. Ставили спектакли знаменитые московские режиссеры. В итоге оказалось, что это очень дорогое удовольствие. Самое интересное, что финансовое бремя ложится на плечи только «Пензаконцерта». И получается, что продолжение нереально.

— У меня есть знакомая, коллега, которая сетует на то, что в Пензе с точки зрения оперного искусства — просто беда, и ей приходится ездить в Москву…

— Вообще обидно за жителей города и области, потому что зрители очень любят и хотят именно серьезной классической музыки. И огромное количество любителей музыкальных спектаклей. Это было бы очень востребовано.

— А насколько их много? Насколько этим увлекается молодежь? Скажите честно — одни и те же люди ходят на концерты?

— Каждая наша новая программа проходит с неизменным аншлагом! Есть большая группа наших горячих поклонников, которые не пропускают ни одного концерта.

— За неимением альтернативы?

— В городе, конечно, альтернативы нет. Единственная отдушина — прийти в зал филармонии и послушать живой симфонический оркестр. Скажу по секрету: я по телевидению концерты симфонической музыки не смотрю. Исключение составляют только вокальные программы с о знаменитыми оперными звездами. Не могу слушать — нет энергетики живого звука! А вот когда садишься в зрительный зал, происходит какое-то чудо, ты погружаешься в состояние счастья! Многие зрители, впервые попавшие на концерт симфонического оркестра, говорят, что получили огромное удовольствие!

— Помните «Сказки с оркестром» (0+)? А где они сейчас?

-Может быть, дело в том, что не проводится какая-то циклическая работа. Мы запускаем какой-то новый проект, потом у нас складывается впечатление, что весь возможный зритель это все посмотрел. В итоге программы откладываются, после чего мы приступаем к чему-то новому.

Например, музыкальный спектакль «Жди меня» (12+) сейчас восстановить практически невозможно. А это очень обидно. Реквизит собирался по всему городу, из музеев.

— Вы испытывали эйфорию, когда участвовали в этой постановке?

— Конечно! Это то, к чему стремилась душа всю жизнь. Вообще, я очень хотела быть артисткой оперного театра или оперетты и реализовать еще и драматические способности.

— Оперетта воспринимается как более низкий жанр обывательской публикой, а опера — как нечто фундаментальное, грандиозное…

— Не согласна. Да и потом — любителей оперетты-то больше, чем любителей оперы, на самом деле. Но назвать оперетту попсой никак нельзя.

— А что вам ближе — романсы, оперетта или арии из опер?

— Все люблю и обожаю одинаково. Оперетта мне нравится, может быть, чуть больше. Кстати, ее петь гораздо сложнее, чем простые классические оперные арии. Мне очень нравится игровой момент, что можно похулиганить, потанцевать, побеситься в хорошем смысле, потому что этого, конечно, не хватает. Эта сторона моей профессиональной натуры осталась, по большому счету, нереализованной.

— А почему не сбежали?

— Нет, не «почему не сбежала», а «почему приехала сюда», скорее так нужно ставить вопрос.

— Расскажите о своем музыкальном образовании.

— Была музыкальная школа № 2. После 10 класса общеобразовательной школы я поехала поступать в Саратовскую консерваторию. Но… опоздала на вступительные экзамены и еще практически год готовилась. На следующий год меня должны были взять на подготовительное отделение, потому что без музыкального училища не берут на первый курс. Но так случилось, что я смогла сдать все экзамены наравне со взрослыми абитуриентами, и меня в 18 лет без музучилища приняли на первый курс вокального отделения консерватории. Это было, с одной стороны, счастье, с другой, было очень тяжело, потому что у меня практически не было вокальной подготовки. Но ничего, одолела.

— И как же Саратовский театр оперы и балета?

— На тот момент личная жизнь закрутилась, на четвертом курсе я вышла замуж, родила доченьку и ушла в академический отпуск. Через год вернулась сразу на диплом. А поскольку ребенок был достаточно маленький, приняли решение переехать к родителям сюда, в Пензу, в филармонию.

— Сожалеете?

— Нет! У меня была очень насыщенная и очень интересная творческая жизнь. А в 2003 году случилось счастливейшее событие — в филармонии была организована Губернаторская симфоническая капелла, появился настоящий большой симфонический оркестр, и мы с Владимиром Кораблевым стали его первыми солистами. Петь с живым оркестром — огромное счастье! Наверное, только певцы могут это понять. Я спела с оркестром все, что мне хотелось. Ежегодно давала большой сольный концерт, а такая возможность есть далеко не у всех артистов музыкальных театров.

— Правильно ли я понимаю, что вы работаете не только ради зарплаты, но и ради того, чтобы осуществить мечту всей своей жизни — спеть то, что хотелось?

— Такие мы, больные люди, конечно (смеется). Я уже и мужу об этом сказала, что мы работаем за аплодисменты и получаем от этого колоссальное удовольствие, которое люди не имеют возможности купить за деньги.

— Тем не менее, вы в Пензенской области редкий музыкант, который имеет звание Заслуженного артиста России.

— Когда я только пришла в филармонию, заслуженных артистов было как раз достаточно. Это был и Анатолий Постнов, и Анатолий Шуватов, и Анатолий Хрусталев, и Владимир Кораблев. А сейчас, получается, я единственная из вокалистов.

— А тогда было проще получать звание?

— Очень непросто. Это большая процедура, требующая соблюдения огромного количества условий — документов, гастролей, печатных изданий, репертуарных планов и т. д. В 2010 году звания получили я, Людмила Лузгина и Анатолий Хрусталев. А потом церемония еще усложнилась.

— Кого из молодых коллег можете похвалить?

— К сожалению, притока из консерваторий у нас практически нет. Яркое сопрано сейчас — это Ольга Андреева, прекрасно работает Гульсина Рафикова.

— А среди мужчин?

— Увы, Иркен Мустафин от нас уехал, но целая плеяда молодых певцов выросла в академическом хоре губернаторской капеллы. Роман Николаев, Сергей Митрофанов, Сергей Князев, Руслан Проскуряков. К сожалению, Степана Волкова тоже потеряли. Вы его не успели послушать, а он уже уехал. Он уже практически солист Свердловского оперного театра. Вот если бы был свой театр и создавались хорошие условия для молодежи, никто бы не уезжал, все бы были здесь.

— Вам посчастливилось петь со многими известными оперными певцами…

— Не скажу, что со многими, но с некоторыми — да. Слава богу, у нас в городе проводятся грандиозные акции, когда к нам приезжают мировые звезды на фестивали. Спасибо Владиславу Пьявко, который каждый год привозит к нам молодых оперных звезд. Слушать их — огромное удовольствие, а петь на одной сцене — просто счастье! К сожалению, простые зрители не очень хорошо знают их имена. А кого мы знаем, кроме Нетребко, по большому счету? Одно имя только и мелькает, а там их сколько!

— Признайтесь: сам жанр академической музыки сейчас востребован? Нужен ли фестиваль такой музыки, как, например, «Джаз май» (6+) — для джазистов?

— Обязательно нужен. В конце концов, у людей будет возможность посмотреть настоящие оперные спектакли.

— Вы очень востребованы?

— Конечно. Очень отрадно, что в этом году мы выпускаем две новые программы в месяц в большом зале, и все они проходят с аншлагом! Одна из них посвящена памяти Муслима Магомаева, зрители до сих пор требуют ее повторить. Кстати, 22 апреля в 17 часов повтор состоится (6+). Народ просто сошел с ума! Музыка красивейшая, это сказка.

Хочу сказать, что, несмотря на то, что работаю не в оперном театре, я — счастливейший человек. Потому что на данный момент из всех моих подруг, однокурсниц не работает уже никто. Все давно переползли с амплуа героинь на характерных старушек, многие покинули сцену. А я продолжаю работать на полную катушку!

— А что у вас в планах, в мечтах?

— Новые концертные программы, сольные концерты. В прошлом году у меня прошел юбилейный концерт, на который я приглашала моего любимого Петра Борисенко — он звезда московского театра оперетты! Шикарный артист! Хотелось бы почаще такие программы реализовывать. Показывать нашему зрителю лучших столичных исполнителей. От этого уровень концертов, конечно, становится на голову выше.

— И, может быть, идя на московских звезд, публика научится ценить и пензенских музыкантов, которые, я верю, не хуже.

— Публика очень любит своих артистов. Я, честно говоря, иногда поражаюсь реакции зрителей, потому что мне все время кажется, что что-то не так. Но когда публика все от начала и до конца принимает с восторгом, я понимаю, насколько ей не хватает настоящего искусства.

— Вы родились в музыкальной семье, сейчас рядом с вами — профессиональный музыкант Михаил Чепышев, солист ансамбля «Старгород»…

— Да, мы по жизни идем вместе. 8 мая будем отмечать 20 лет совместной жизни.

— Дочь не поет?

— Дочь пела в детстве очень хорошо. Но мы с мужем считаем, что в нашей семье двух музыкантов вполне достаточно.

— А как академист с народником уживаются?

— Прекрасно! Если бы было два академиста, мне кажется, мы были бы такие зануды. (улыбается)

— А в «Старгород» вас не тянет?

— Нет, для меня это масштаб маленький. Я уже избаловалась, я привыкла, что выхожу на сцену, а за мной сто человек стоят. Представляете, какая это опора?

— С одной стороны — опора, с другой — ответственность…

— Да какая ответственность? Удовольствие, огромное! (смеется) Вообще петь с симфоническим оркестром — это сказка.

Фотография: Фото Юрия Дровнина и Михаила Чепышева

Главные новости Пензы на Яндекс.Новостях
Вступай в группу во ВКонтакте о Пензе
Картина дня в Telegram без спама и обсуждений
Подпишись на специальную рассылку новостей ИА «Пенза-Пресс»

Социальные комментарии Cackle