Вам будет интересно
Наши новости

Онлайн-брифинг с бизнесменом Дмитрием Потапенко

23 марта 2016 8102 просмотра

23 марта в ИА «Пенза-Пресс» прошел онлайн-брифинг с известным российским бизнесменом и бизнес-консультантом Дмитрием Потапенко.

Темой брифинга стали актуальные экономические тренды и антикризисные практики.

Вопросы можно было присылать как во время брифинга, так и заранее — на электронную почту редакции penzapress@yandex.ru или оставлять в комментариях ниже.

Павел Прохоренков: Есть ли взаимодействие с региональной властью?

Дмитрий Потапенко: На предыдущих форумах был и мэр предыдущий, и другие главы. Вообще бизнес-мероприятия всегда стараются присылать чиновника ниже рангом. Несколько раз выступал у проклятых буржуинов. И что меня поразило. Общались с представителями розницы по печатной продукции. Представители власти сидят на свободных местах в зале, представители отрасли на сцене. Когда возникают вопросы к власти, то это не подъем на трибуну. Это происходит в том режиме, в котором власти с народом общаются. У нас никогда такого не видел. Подход у нас феодальный. Мы недостойные холопы.

Павел Прохоренков: Бизнес должен идти во власть?

Дмитрий Потапенко: Сначала экономический базис, потом политическая надстройка. Напомню, раньше депутатство было другое. Мой дед умер в 1997 году, по сути, на переломе. Я разбираю документы и осознал, что был внуком депутата нескольких созывов. Принцип был другой. Могу сказать, что он единственный раз за все время воспользовался даже не депутатской, а ветеранской ксивой. Меня не хотели стричь в парикмахерской из-за того, что подцепил вшей в лагере. Тогда он, извиняясь, достал ветеранскую книжку. Он только на пенсию купил «Запорожец» и сделал дачу из списанных дверей почтовых отделений. Нужно вернуть тот подход, тогда и страна будет народная.

Павел Прохоренков: Во власть пойдете?

Дмитрий Потапенко: Для меня вход во власть — это исключительно механизм. Та информация, которая проходит, имеет право на жизнь. Каков наш механизм влияния на власть сейчас — мы подаем через одну или две фракции наши законопоекты, и если нас не посылают в пеший эротический маршрут, то их подают во власть, и, может быть, один только проходит. Поэтому сейчас, когда у нас появился маленький шансик выстроить механизм, мы ворвемся и будем подавать законопроекты с помощью партийного механизма напрямую. Я постараюсь это сделать.

Елена Юсупова: Какие проекты намерены продвигать?

Дмитрий Потапенко: Это зависит не от меня. Почему я во всю эту историю вписываюсь? Это не лозунг, а абсолютная практика. Это строительство, в том числе и партийное. Мы не садимся в нагретое кресло, там, кроме геморроя, нет ничего. Мой посыл — программа развития малого и среднего бизнеса должна формироваться исключительно снизу. Даже бизнес-омбудсмен Пензенской области, который сейчас проводит круглые столы и собирает информацию у бизнесменов, мы с ним договорились, что я буду принимать участие в видеоконференциях. Я хочу, чтобы именно программа развития малого и среднего бизнеса шла исключительно снизу, а Дмитрий Потапенко был всего лишь механизмом донесения, но не более того, не чиновником от власти, а механизмом донесения. Только в этой схемотехнике возможны изменения, потому что если Дмитрий Потапенко пойдет в Госдуму в том формате, в котором она есть, то он будет обычным упырем. Надо менять механизм, в первую очередь.

Елена Юсупова: Как вы можете охарактеризовать пензенский бизнес?

Дмитрий Потапенко: Ребята умеют воевать. Если раньше предприниматель дышал под водой, то теперь умеет дышать в песке под водой. Некоторые даже пользуются личными наработками, которыми я делюсь на таких открытых мероприятиях, это приятно, что они сохраняют жизнь, свободу и свой бизнес.

Владимир Пулков: Ваш прогноз: как будет развиваться экономическая ситуация в нашей стране в ближайшие пару лет? Дно падения уже достигнуто, или стагнация будет нарастать?

Дмитрий Потапенко: Дна не существует. В одном полуобморочном состоянии можно находиться практически вечно. Потуги идут по одному принципу — побольше закрутить гайки, развивающих механизмов не создается. Строим мы заводы — а товар куда продадим? Сейчас мы по-прежнему занимаемся продажей нефти и газа. Я рад, что есть много мелких предпринимателей, которые что-то делают.

Представьте, что «Газпром» пропадет — у нас вся экономика разрушится. Разница между нашей экономикой и экономикой других стран — колоссальная. Сейчас 99% предпринимателей заняты умением дышать в песке под водой, а не реализацией полетов души. У нас огромное количество проверок. Директор «Азбуки вкуса» в интервью сказал, что было 400 проверок за год. Это 2,5 проверки в день, если считать по рабочим дням! У белой и пушистой компании должно быть 0 проверок! Когда мы открываем реестр защиты прав потребителей, мы понимаем, что они занимаются не этим, а юридическим терроризмом. Везде одно и то же, и в этом проблема.

Надо задать один вопрос: эти 400 проверок как влияют на качество? Отличается ли качество продукции у компании, у которой нет этих 400 проверок?

Константин Захаров: Как оцените программу импортозамещения? Она провалилась? Если да, то почему?

Дмитрий Потапенко: Импортозамещения не может быть абсолютно. Начнем с базисного, нулевого. А мы заместили зарубежное аккредитование? Мы его можем заменить только рисованием резаной бумаги. У меня есть даже подозрение, что бумага и химореактивы, само оборудование не является отечественным. У нас нет базисного замещения. А дальше — по нисходящей. Семена — импортные, оборудование — импортное. Пальмовое масло — и то импортное. Когда возникла идея импортозамещения, стал интересоваться «Ладой Ларгус». Количество импортных элементов там 60−70%. Чтобы сделать отечественный автомобиль, сейчас достаточно поставлять отечественную электроэнергию.

Мы отчитываемся, насколько мы себя обеспечили свининой и так далее. А поросенок у них откуда, оборудование, антибиотики? А это базовые издержки. Упаси боже, если Евросоюз скажет: «Мне не понравилось поздравление с 9 мая, и мы перекрываем контакты наших предпринимателей с вашими». Мы очень недолго протянем. При том, что их потери незначительны будут, а они для нас — это игла. Перетерпеть мы умеем, конечно. Проблема не в том, что мы — в заднице, а в том, что мы там неплохо уже обустроились.

Олег Никишов: К чему, на ваш взгляд, может привести жесткий диктат в сфере ценообразования со стороны госструктур на социально-значимые продукты питания?

Дмитрий Потапенко: Есть сфера, которая жестко регуцлирует цены, — лекарства. Это уничтожило маленькие аптечки, они сразу ушли с рынка. Потом уничтожило ассортимент в крупных аптечных сетях. И сейчас это уничтожает товаропроизводителя, потому что ему невыгодно производить этот продукт. Пытаться регулировать цены в конечной точке — это как закручивать кипящий котел, надеясь, что это не приведет к взрыву. Это не так. Если хотите регулировать цены — надо регулировать всю цепочку. Надо начать с чиновничьего бизнеса- аренды. Регулируйте налоги, нетарифные сборы, которых Торгово-промышленная палата насчитала более 50. Начинайте со своего кармашка. Когда вы говорите, что хлеб должен стоить 20 рублей, а вы увеличили кадастровую стоимость от 10 до 70 раз, то нужно понимать, что этого не будет.

Максим: Где выгоднее начинать бизнес: у нас в стране или в Европе? Способен ли вообще малый бизнес выжить в нашей стране, или без связей и блата это утопия?

Дмитрий Потапенко: Слово «выгодно» не очень корректно. Деньги имеют не два измерения, а три. Есть время, объем и риск. В проклятой Буржуине зарабатывается меньше, но потери почти нулевые. Мы открываем прессу любой давности, Гарант говорит, что 200 уголовных дел по малому и среднему бизнесу. 170 тысяч предприятий были отжаты, на них работали по 100 человек, в среднем. Это 17 миллионов сотрудников прошло через кровавую машину. А вы считаете, что нормально, когда проводится обыск? Когда наши сограждане садятся в тюрьму, и их отпускают, когда они отпишут бизнес? Частные права гражданина — основа основ любой конституции.

Даже звонок из правоохранительных органов — стресс для человека, а тут — уголовные дела.

Когда идет незаконная деятельность — это процентов 15. Где показательные уголовные дела против судей, следственных бригад, показательный возврат имущества с компенсацией материальных и моральных страданий остальных 85% предприятий? Даже если снизится количество уголовных дел, давление со стороны правительства растет. Торговые центры отжимают, сельхозземли. И Пензенская область есть в этом списке. Где показательная работа губернаторов, мэров, УМВД, прокуроров? Нужно было взять список и сделать показательный возврат. Где это? Это сказал президент, а не какой-то Потапенко! То есть президента не существует для этих людей, это абстрактное существо? И до тех пор, пока будет так, будет феодализм у нас.

Должен встать вопрос: а у нас есть президент? Он сказал — никакой реакции. Это было сказано для того, чтобы просто сказать? Что дальше? Если это констатация факта, то этим и я могу обладать, я не обладаю никаким инструментарием. У меня возможности мелкого, слабого человечка, там возможности кратно выше. Где эти Голиафы, которые что-то сделали?

Хочется спросить — когда же проснется совесть, чтобы не было стыдно перед своими жителями? Когда сыновья различных высокопоставленных чиновников ловят частицу Бога, их загребают за вооруженные конфликты и они грозятся уволить сотрудников МВД или прокуратуры, хочется задать офицеру вопрос: тебе самому не постыдно быть офицером? Ты давал присягу РФ, а не этому упырю. Взять его за шкирман, тряхнуть: «Так, я — офицер, а ты — всего лишь тварь дрожащая, ты обязан выполнять законы РФ». Хочется спросить: «Офицер, почему ты этого не сделал?». Или тогда просто пусть погоны снимет. Ты, офицер, не только обличен погонами, ты обличен властью. Как мужчина, как офицер, как гражданин страны. Почему ты этого не делаешь? Потому что банально ссышь в штаны, тогда погоны на стол положи, ксиву и ствол. Нет, ты будешь заниматься кем угодно, но не им, не этим придурком.

Ольга: Каким видом бизнеса в нынешний непростой период лучше заниматься? Подскажите идеи для стартапов?

Дмитрий Потапенко: Бизнес не зависит от того, в какой стране ты находишься. Я ненавижу слово «старт-ап». Просто начинать предпринимательскую деятельность по обслуживанию клиентов. Смотрите на недовольство клиентов у крупных структур. Потому что в книгах жалоб и предложений — основные идеи, оттуда они растут.

Анализ потребностей — главное. Когда человек покупает сверло, он покупает дырку в стене. Маленький аптечный магазинчик удовлетворяет другую потребность — в скорости получения товара. И человек будет переплачивать за эту потребность.

Павел Прохоренков: Вот, допустим, открывается магазин, появляется новый продукт. Ты влюбляешься в этот магазин и продукт, через какое-то время качество начинает портиться. Почему так происходит?

Дмитрий Потапенко: Благодушный выход на рынок и завоевание рынка с помощью качества присутствует, как правило, жесткая экономика бьет на шестой-восьмой месяц. Из всех наших форматов сейчас самый выгодный — очень ужасный.

Так называемое улучшение качества продукта приводит к тому, что потребитель перестает его покупать, потому что у него физически нет денег. Это сейчас самый выгодный формат, этим нельзя гордиться.

Степан: Какие средства массовой информации вы считаете оптимальными для продвижения продуктов в условиях кризиса?

Дмитрий Потапенко: Если говорим о ритейле-общепите, то есть универсальный ответ, он существовал очень давно. Место, место и еще раз место. Никаким методом столовую на автопредприятии вы продвинуть не можете. Должна быть удобная локация. Если столовая будет находиться в каком-нибудь подвале, но это фактически убийство. Можно сделать и сайт, и страницу «ВКонтакте», но это не привлечет клиентов.

Семен: Скажите как ритейлер — почему во всех сетях разные цены даже на одинаковый товар? От чего это зависит? От жадности директора магазина?

Дмитрий Потапенко: Ритейл не торгует товаром. Ритейл — это услуга. Когда мы бежим и у нас болит голова, мы видим аптечный пункт на автобусной остановке и понимаем, что там аспирин стоит на 30−60% дороже, чем в крупном объекте. Это связано с разными причинами: стоимостью аренды, скидками от производителя и т. д.Но когда мы покупаем аспирин на остановке, мы не аспирин покупаем, а скорость доступа. То есть технически ты понимаешь, что в крупном сетевом объекте этот товар стоит дешевле, причем существенно, но ты принимаешь для себя решение и покупаешь его именно в этой аптеке.

Цены и должны быть принципиально разные, потому что есть сети высокого ценового сегмента, где, например, товары повседневного спроса могут стоить дешевле, чем в более крупном гипермаркете, потому что для них это не целевая группа товара. Для них целевая группа — это средний ценовой сегмент. Поэтому на вкус и цвет должны быть разные цены, должно существовать минимум девять уровней товаропроводящих цепочек. У нас их слишком мало, они все разрознены и разбиты, и нам не хватает жесточайшей конкуренции. А чтобы она возникла, должен измениться градостроительный стандарт. Я уже четко написал, что в программе развития малого и среднего бизнеса должен быть четко сформирован следующий градостроительный стандарт: что на 100 тысяч жителей в муниципальном округе должно быть не менее 500 объектов мелкой разницы и услуг, 300 стационарных объектов должно быть, 200 — нестационарных, не менее 100 объектов среднего формата и не менее 10 объектов крупного формата. Должен быть физический переизбыток площадей для осуществления предпринимательской деятельности. Сейчас — недостаток площадей.

Напомню, это исключительно чиновничий бизнес сейчас. Крупные федералы вынуждены строить под себя гипермаркеты, торговые центры, моллы. Это неприемлемо как класс. Задача государства — как раз обеспечивать инфраструктуру, а это площади для ведения предпринимательской деятельности. И тогда появится конкуренция средних форматов, товаров и услуг.

Ксения Шурыпина: Что происходит с курсом доллара и евро и ваш прогноз: что будет происходить с валютами в перспективе этого года?

Дмитрий Потапенко: Я и в прошлые годы не поддерживал экспертов, которые говорили о 250. Понятно, что нас ожидают еще иранские события. Потому что Иран — страна, которую мы контролировать не можем. Это страна, изголодавшаяся по деньгам. Первые «танкеры» уже пошли — основные сделки будут в марте. Я думаю, что колебание в районе 85 будет.

Другое дело, что я бы сейчас рекомендовал россиянам сконцентрироваться не на курсе доллара и евро, а на том, что у них будут ограничивать доходность по вкладам, в первую очередь, по валютным, и на том, что будут просто сокращать присутствие валюты у них в карманах. Когда граждане читают о том, что на высшем уровне заявлено, что надо избежать валютных платежей, россиянам точно надо не в ладошки хлопать, а держаться за карманы. Потому что, когда говорят о том, что нужно ограничить валютные платежи, то это у них, в первую очередь, ограничат валютные платежи, а не на внешнеполитическом контуре.

Полина: Дмитрий, вы такой успешный медиа-персонаж и предприниматель. Успеваете и на радио вести программу, и работать в России и за рубежом, и вот теперь собрались в Госдуму. Расскажите, кто и как занимается вашим имиджем, кто работает над PR-стратегией и кто осуществляет PR бренда Дмитрий Потапенко? Согласитесь, что ваше имя в РФ уже стало Брендом.

Дмитрий Потапенко: Я бы этот вопрос переадресовал журналистам. Хоть кто-нибудь когда-нибудь видел моего секретаря или пиар-менеджера? Я — категорический противник этих двух персонажей, их никогда не было, нет и не будет. Понятно, что при заказе билетов у нас, как в любом бизнесе, есть некая рецепция, с которой мы находимся на переписке. Назовем это как «секретариат». Но это не персонифицированный секретарь, который заказывает не только мне билеты, но и всем остальным.

Если ты — дебил, то это очень быстро выявится. Я могу для себя сказать очень четко, что, если у предпринимателя есть пиар-менеджер, то я сразу напрягаюсь, потому что, скорее всего, он дебил. Это первая отсечка. Если он пришел на программу с пиар-менеджером, то я второй раз напрягаюсь — потому что он может оказаться очень сильным дебилом. А если пиар-менеджер садится в студию, то я понимаю, что программа будет засадной, придется тянуть. Если предприниматель не может сказать, что у него происходит в бизнесе, — это засада. Если ты в рамках стандартного отчета о прибылях и убытках не можешь вспомнить, что у тебя происходит в конторе, очень хочется спросить: а ты вообще бизнесом занимаешься? Или ты просто пришел ко мне попиариться и упомянуть 10 раз свое название компании?

А людям, которым очень нравятся мои ролики, могу предложить такой вариант. Вот сегодня мы с вами работаем на брифинге, вечером я уеду в Москву, завтра у меня с утра московский экономический форум прямо с поезда, днем я чуть-чуть поработаю, а вечером в 23.00 у меня будет программа. У вас точно так же 24 часа в сутки, а может быть, стоит оторвать пятую точку и точно так же поработать? И, глядишь, вы будете тоже известными, вас будут везде приглашать.


Главные новости Пензы на Яндекс.Новостях
Вступай в группу во ВКонтакте о Пензе
Картина дня в Telegram без спама и обсуждений
Подпишись на специальную рассылку новостей ИА «Пенза-Пресс»

Социальные комментарии Cackle