Следж-хоккей, или хоккей на санях, — это командная игра на льду, аналог хоккея с шайбой, но созданная специально для людей с ограниченными возможностями. Участники передвигаются по полю не на коньках, а на специальных санях. Как и в классическом хоккее, две команды борются, передавая шайбу клюшками, стремятся забросить ее в ворота противника. Следж-хоккей входит в программу зимних Паралимпийских игр.

Команда «Крылья мечты», тренером которой является Илья Жуков, появилась два года назад на базе некоммерческой организации «Квартал Луи». На сегодняшний день в ее состав входят 19 хоккеистов от семи до 32 лет с разными формами инвалидности. Почти половина — девочки.

- Я знаю, что ваша основная профессиональная деятельность не связана с хоккеем, а спорт – ваше страстное увлечение. Как вы начали к адаптивному спорту и начали тренировать «Крылья мечты»?

- Вообще я с детства был очень активным, наверное, как и все мальчишки. Тогда в 90-е мы все время бегали, прыгали: коньки, футбол, хоккей. Есть клюшка – хорошо, нет – и так сойдет. Потом увлекся футболом, а в 30 лет - хоккеем. Попал в любительскую лигу, и завертелось – почти девять лет играю. Параллельно с этим я какое-то время работал с женской хоккейной командой, два или три года, мы даже в Сочи как-то путевку выиграли.

Ну, вроде, хоккей и хоккей. А два года супруга увидела в соцсети на пост: «Квартал Луи» ищет тренера по следж-хоккею. Она мне его показала, я заинтересовался. Связался с организатором, мы встретились, поговорили: есть желание, нет опыта. Я решил попробовать и от федерации меня отправили на обучение в Москву.

На моей основной работе пришлось взять отпуск. График был очень плотный: с девяти утра до восьми вечера в течение шести дней. В основном нас учили работать с определенными нарушениями здоровья, чтобы ни в коем случае не навредить воспитанникам. А также были занятия по психологии и педагогике.

- А у вас есть педагогическое образование?

- Теперь да! Совсем недавно я сдал госэкзамены в нашем пензенском пединституте. Повышал квалификацию на базе своего предыдущего высшего образования. Целый год по вечерам учился по программе «Адаптивные виды спорта». Наша группа была немногочисленна – человек 13, а из всех по профилю работаю только я.

- Вы помните свою первую тренировку?

- Конечно. У меня были круглые глаза – очень волнительно и даже страшно. Я понимал, что одному будет трудно справиться, и попросил знакомых девушек-хоккеистов помочь. Но первая тренировка пролетела вообще незаметно. Тем более, с ребятами был уже знаком: у нас были собрания, мы форму и сани примеряли.

Существует много литературы по теории следж-хоккея, в том числе – зарубежной. Правда, есть особенность: там делают упор на занятия с людьми, у которых нет конечностей. А у меня - ребята с разными нарушениями. Их тела отличаются, что-то им не под силу: кто-то стразу покатился, кто-то - нет.

- Во время тренировки вы работаете на коньках или в санях?

- На самом деле все зависит от того, кто сегодня пришел на тренировку. Если много новичков, в санях вести занятие не получится, потому что им нужна моя физическая помощь, это просто неудобно.

Кататься в санях сложнее – их нужно особенным образом отрегулировать, установить правильный центр тяжести, чтобы они не поднимались, не опрокидывались. Плюс нужна определенная координация. Работа в санях помогает мне понять, какие мышцы должны действовать, на что нужно делать упор.

- Наверное, ребятам очень нравится кататься в санях?

- Конечно. Некоторые из них сейчас уже очень хорошо ездят. Видно, что они получают огромное удовольствие – пешком-то они ходят медленно, тяжело, а в санях есть возможность погоняться, ускориться. Сел и полетел, как на крыльях. Плюс на физическое развитие это очень благотворно влияет. Сейчас у меня катаются вообще все: члены команды значительно окрепли, для их здоровья это большой шаг вперед. Соответственно, и самочувствие намного лучше. Движение – жизнь, это действительно так.

- Какие отношения складываются внутри команды?

- Мы – одна большая семья. Команда у меня сплоченная: они и в гости друг к другу ходят, и в интернете общаются, то есть между собой тесно дружат. У нас и тимбилдинги проходят, поначалу их было много, мы активно в этом направлении работали. У нас на базе «Новых берегов» лагерь есть летний для «следжиков». Родители утром их привезли, вечером забрали. Как обычный пришкольный лагерь. Им очень нравится.

- Есть ли у вас какие-то особые требование к тем, кто хочет попасть в команду?

- Есть одно обязательное условие – желание. Ну, и, соответственно, состояние здоровья. По правилам лиги, в команде может быть один физически здоровый игрок. Например, если в семье двое детей, один из которых - с нарушениями, то, чтобы их не разобщать, допускается участие здорового ребенка. Это больше нужно семье, а не команде – общее дело сближает.

- Как и все дети, наверное, ребята ленятся. Чем вы их мотивируете?

- Хоккей сам мотивирует – желание делать больше и лучше, побеждать, сильные эмоции от игры в команде, проигрыша или победы, соревновательный дух. Во многом это еще и зависит от того, как воспитывают в семье. С родителями беседую, если вижу, что ребенку нравится, но он ленится. А вообще сам результат тренировок тоже хорошо мотивирует – они чувствуют, как становятся сильнее, что больше владеют своим телом.

Бывает, и хулиганят – могу за это наказать. Плюс личный пример. Я же и сам играю в хоккей, приглашаю их на свои матчи, чтобы они вдохновлялись.

- Как вам кажется, о чем нужно обязательно помнить, работая с ребенком-инвалидом?

- Думаю, что главное – воспринимать его как полноценную самостоятельную личность. Он должен сам за свои поступки отвечать, принимать решения, проявлять характер. Тогда человек вырастет совершенно нормальным, невзирая ни на какие проблемы со здоровьем.

Не стоит также сильно зацикливаться на нарушении, возводить болезнь в абсолют. Стоит оговориться, что все-таки это может зависеть от степени серьезности проблем. Но некоторые боятся хоть немного ограничивать и воспитывать, начинается вседозволенность, баловство – мол, он и так обделенный, надо все ему давать. А он не обделенный, он такой же человек, ему нужны будут по жизни такие же качества, как и всем: сила воли, целеустремленность, твердость характера. Лишать его этого только из-за физических проблем нельзя, это не поможет ему быть счастливым.

- Как к вашей деятельности относятся на работе и в семье?

- Можно сказать, гордятся. Даже в стенгазете фото публиковали. (Смеется). Идут навстречу – отпускают с работы на тренировки, но я все пропуски отрабатываю в выходные. Семья меня тоже поддерживает. На соревнования, на тренировки приходят поддержать. Правда, мои дочки, им 7 и 13 лет, не очень спортивные, особенно старшая – ей больше книжки интересны. Младшую, если есть возможность, беру на занятия, она просится.

- Многие из нас с трудом добираются до дома после работы, а вы еще и на тренировку едете. Что вас заставляет это делать?

- Голова с ними отдыхает от забот и проблем. Это другой мир, другая атмосфера, все другое. Это сложно объяснить. С ними просто по-доброму тепло, хорошо.

Надо же после себя оставить что-то приятное, положительное. Я чувствую себя важным, полным, когда занимаюсь с командой. Можно же и ничего не делать больше – есть работа, есть семья. А тут ты становишься причастен к чему-то большему, делаешь волшебство для них, стараешься, чтоб оно продолжалось как можно дольше. Их положительные эмоции, улыбки, светящиеся глаза - когда видишь это, понимаешь, что все не просто так.

Я никогда не подозревал, что буду педагогом, тем более физкультуры, тем более адаптивной. Кто бы сказал мне три года назад об этом, я бы засмеялся. С возрастом, наверное, все меняется. Становишься мудрее, взрослее, хочется делать что-то правильное, нужное, быть полезным. Быть не просто ответственным работником и хорошим семьянином, а быть настоящим человеком.