Вениамин Бочкарев: «Общаться с Василием Кузьмичом мне было легко и интересно всегда»
«Василий Кузьмич Бочкарев был средним братом моего отца, Виктора Кузьмича Бочкарева. Все мы: и Василий Кузьмич, и мой отец, и моя мама, и я – в разное время окончили в Йошкар-Оле один и тот же вуз.
Мои родители после окончания института остались в Йошкар-Оле, а Василий Кузьмич вернулся в Пензенскую область. Сначала работал лесничим в Камешкирском районе, а затем занимал руководящие должности в региональном управлении лесного хозяйства, пензенском грузовом автотранспортном предприятии №2. Затем возглавил Железнодорожный район Пензы, а в 1998 году выиграл выборы главы администрации Пензенской области.
В то время, когда он еще возглавлял Железнодорожный район, Василий Кузьмич как-то приехал к нам в Йошкар-Олу в гости. Он нашу семью всегда навещал часто. И вот один из его визитов стал для меня судьбоносным. Я тогда собирался учиться в аспирантуре в московском вузе. Родители меня в этом поддерживали. Но Василий Кузьмич убедил всех в том, что мне нужно поступить в аспирантуру в Пензенский государственный университет архитектуры и строительства.
Я переехал в Пензу и достаточно продолжительное время жил в семье Василия Кузьмича. В быту он был неприхотлив. На работу любил ходить пешком, хотя как руководитель районной администрации имел служебную машину.
На фото: Василий Бочкарев поздравляет своего племянника Вениамина Бочкарева (сына старшего брата Василия Кузьмича – Виктора Бочкарева) с бракосочетанием. Справа – Наталья, дочь Василия Бочкарева. Пенза, 2002 год
Общаться с ним мне было легко и интересно с самого детства. Я, как и мои сестры, проводил у бабушки с дедушкой все летние каникулы. Для меня дом в Иве, в котором выросли мой отец и его братья, был и остается родным.
Ни бабушка Ульяна Ивановна, ни дедушка Кузьма Яковлевич нам, детям, никаких поблажек никогда не давали. С самого детства приучали нас к крестьянскому труду, как и сыновей в свое время.
Дедушка был участником Великой Отечественной войны. Был награжден медалями «За боевые заслуги», «За оборону Кавказа», «За освобождение Белграда» и «За отвагу».
Он был добрый, спокойный, немногословный и при этом обладал большой житейской мудростью. В семье Бочкаревых его решение было законом. Где-то внутри себя с его решением можно было не соглашаться, но спорить с ним было нельзя. А потом, с течением времени мы все неоднократно убеждались, что решение деда всегда было правильным. Он и всех троих сыновей, в том числе и Василия Кузьмича, своим непререкаемым авторитетом уберег от многих жизненных ошибок.
Василий Кузьмич перенял от него эту черту. Конечно, в отличие от деда, он был более эмоционален, но в своих решениях, особенно если они касались близких ему людей или вопросов, которые для него имели особую значимость, был так же тверд.
С самого детства я удивлялся его невероятной работоспособности. Если он что-то начинал делать у родителей в деревне, он забывал об отдыхе. Сено косил в буквальном смысле слова от рассвета до заката, дрова колол тоже, пока поленница не закончится. И таким он оставался до конца своей жизни.
Он никогда не жалел и не щадил себя. И, как мне кажется, не умел этого делать. У Василия Кузьмича была какая-то особая требовательность к самому себе. Он всегда стремился к самосовершенствованию. Был очень любознательным и разносторонне образованным. Любой вопрос, который ему становился интересен, он изучал до тонкостей. Меня поражало, как у него хватает времени и на напряженную работу, и на чтение книг, и на беседы по душам со многими людьми.
На фото: генеральный директор Агентства ипотечного кредитования Пензенской области Вениамин Бочкарев, губернатор Пензенской области Василий Бочкарев, председатель Союза пензенских строителей, заместитель председателя Законодательного Собрания Пензенской области Александр Еремкин и министр строительства и ЖКХ России Михаил Мень в одной из новых квартир в строящемся жилом комплексе в Мокшанском районе, 2014 год
В каких-то моментах он любил, чтобы с ним спорили, отстаивали свою точку зрения. В каких-то был непреклонен. В зависимости от ситуации. Поэтому я понимаю, почему в памяти одних людей, кто с ним работал, Василий Кузьмич остался руководителем, которого можно было переубедить. А в памяти других – человеком, ни при каких условиях не изменяющим своего решения.
Стиль его руководства, конечно, был авторитарным. Понимаю, что многим это могло не нравиться. Так же, как и его чрезмерная требовательность. Но здесь надо понимать, что в первую очередь он был требователен к самому себе. И уже потом проецировал требовательность на подчиненных. Он по своей сути был не чиновник, а хозяйственник. Всегда стремился что-то развивать, строить, совершенствовать.
Василий Кузьмич в самом деле не понимал и даже не задумывался над тем, что кто-то не обладает такой же, как у него, работоспособностью, и человеку тяжело работать в режиме постоянного цейтнота. Он всех мерил по себе. И, конечно, бывало, что от этого на него обижались и друзья, и подчиненные.
Также у Василия Кузьмича была еще одна уникальная черта характера: если он ставил перед собой цель, то для него не существовало препятствий. Сам любой ценой добивался поставленной задачи. И такой же самоотдачи ждал от всех, кто входил в его команду.
Особенно требователен он был к своим друзьям и близким. Тут не то что каких-либо преференций не было – наоборот, существовал тройной спрос.
Помню, дал он мне поручение решить один вопрос. Мы нашли деловых партнеров в другом регионе, договорились с ними о переговорах в Пензе. Они приехали с целой командой специалистов по разным направлениям, чтобы каждый из них детально обсудил свою часть предстоящей совместной работы. Видят, что я в комнате переговоров всего один, и спрашивают: «А где другие специалисты?» Я отвечаю, что я в единственном лице отвечаю за все задачи, которые в их компании поделены на несколько отделов. Они были крайне удивлены. Но с Василием Кузьмичом иначе нельзя было работать. Особенно мне. Мне отец все время говорил: «Смотри, не подведи брата». И я выкладывался по полной, как и все, кто с ним работал.
Николай Михайлович Ащеулов [занимал должности бывшего заместителя председателя правительства и вице-губернатора Пензенской области – прим. ред.], например, был таким же трудоголиком, как и Василий Кузьмич. И это их сближало. Они вместе провели масштабную газификацию в сельских районах области. Мне много приходилось и приходится ездить во многие регионы страны, в том числе те, где ведется добыча газа. Поверьте, там не все поселки газифицированы даже сейчас. А пензенские села газифицированы давно.
Во многом благодаря совместной работе Бочкарева с Ащеуловым. Они в 1998 году нашли уникальное решение сложной задачи, как закрыть огромные долги области перед «Газпромом» и при этом газифицировать регион. Передали «Газпрому» в счет погашения долгов принадлежащую области систему газоснабжения, потому что ее нужно было содержать, а средств в бюджете региона в конце 90-х годов прошлого века не хватало даже на решение острых социальных вопросов. И одновременно с этим практически полностью газифицировали область.
Считаю, что газификация сельской местности и закрытие долговых обязательств региона – самая значительная заслуга губернатора Василия Кузьмича Бочкарева.
Также успешно вместе с Николаем Михайловичем Ащеуловым Василий Кузьмич добился строительства моста имени генерал-полковника Валерия Капашина через Суру. Николаю Михайловичу тогда в буквальном смысле слова пришлось целый год жить в Москве в министерствах. Но он успешно справился с поставленной задачей. Мост в Пензе есть, и сегодня понятно, что без этого моста в городе давно бы наступил транспортный коллапс.
К сожалению, Василию Кузьмичу не удалось осуществить еще одну свою мечту – построить в Пензе международный аэропорт и сделать на его базе хаб для дозаправки самолетов. Он задумывал мощный инвестиционный проект. Знал, как его успешно реализовать, но, к сожалению, ему не хватило на это времени.
После того, как он оставил должность губернатора, Василий Кузьмич быстро ушел из жизни. Казалось бы, после такой колоссальной рабочей нагрузки, которая у него 24 на 7 была все 17 лет губернаторства, можно было отдохнуть. Серьезно заняться здоровьем, садоводством, которое ему очень нравилось…
Но он не умел отдыхать. Он жил работой, планами, целями, перспективами развития области. Его жизнью была работа на благо Пензенской области и земляков.
Неслучайно в редкие моменты, когда он сожалел о том, что много времени уделяет работе и мало – семье, моя бабушка, его мама Ульяна Ивановна говорила: «Вася, я родила тебя не для семьи – для людей!» И он для людей и жил».
, копия (4) (1).gif)
.jpg)
.jpg)
