Владимир Бабенков: «Василий Бочкарев был большим другом «Российской газеты»
«Эта встреча с губернатором Пензенской области Василием Кузьмичом Бочкаревым была в какой-то мере случайной и вполне предсказуемо – мимолетной.
Состоялась она в 1999-м, на исходе двадцатого века. Тогда губернатор Самарской области Константин Алексеевич Титов решил «взлететь» в большую политику, используя микроскопические партии и движения правого толка (с 1999 по 2000 годы К.А. Титов являлся председателем общероссийского политического движения «Голос России», сооснователем и председателем федерального политического совета праволиберального избирательного блока «Союз правых сил», с 2000 по 2001 годы – председателем социал-либеральной Российской партии социальной демократии. – прим. ред.). Как новоиспеченный партийный начальник он начал с того, что отправился «объезжать владенья свои». Точнее, облетать. Для начала избрал несколько поволжских регионов. И в эту авиаэкспедицию, помимо партийных функционеров, пригласил и меня, в то время собственного корреспондента газеты «Трибуна», наследницы периодического печатного издания ЦК КПСС «Социалистическая индустрия» по Самарской, Ульяновской и Оренбургской областям. Почему меня? До сих пор понять не могу. К правым силам никакого отношения не имел, я – человек левых взглядов. Видимо, хотел продемонстрировать, что в его пуле есть корреспондент центральной газеты. Но пригласил и пригласил. Я согласовал командировку с главным редактором газеты «Трибуна» Анатолием Макаровичем Цымбалом и отправился в путь. Побывали мы в Астрахани, Республике Чувашия и направились в Пензу. В городе на реке Суре планировалось провести пару-тройку встреч со сторонниками правых сил, а затем намечался обед с изысканным меню. Главное блюдо, как объявили организаторы, – то ли омары в чем-то, то ли что-то в омарах. За давностью лет и не помню, в общем, заморский деликатес. Было очень заманчиво попробовать то, что олигархи всех поколений едят, да еще и нахваливают.
Наш приезд совпал с чрезвычайным происшествием в регионе. По возвращении из Государственного Лермонтовского музея-заповедника «Тарханы» в автокатастрофу попал кортеж губернатора Пензенской области Василия Бочкарева. В ДТП погибли заместитель председателя регионального правительства Вячеслав Тарасов и водители двух столкнувшихся машин. Среди серьезно пострадавших оказались Валентина Ивановна Матвиенко, в то время – заместитель председателя правительства Российской Федерации, и губернатор Василий Бочкарев (20 ноября 1999 года на территории Пензенского региона, на трассе «Пенза — Тамбов» (в 35 км от города Пензы), произошла автокатастрофа, в результате которой тяжелые ранения получили В.И. Матвиенко и В.К. Бочкарев, три человека погибли. – прим. ред.). Матвиенко срочным бортом отправили в Москву, а Бочкарев лететь в столичный госпиталь наотрез отказался – остался в пензенской больнице: где родился, там и полечился.
Мне как журналисту повезло, что именно в это время судьба занесла меня в Пензу – сам Бог велел мне подготовить заметку о происшествии в ближайший выпуск газеты. Люди пишущие меня поймут. Всеми правдами и неправдами нужно было встретиться с пострадавшим губернатором, взять у него интервью. Тем более что никто из журналистов после той трагической аварии с ним еще не общался.
Но для встречи надо было пропустить обед с омарами! Да и хрен с ними, омарами этими! Может быть, до конца своих дней где-нибудь еще их и пригублю, а вот упускать интервью с губернатором в данный момент точно нельзя.
Звоню в правительство Пензенской области. Представляюсь. Объясняю ситуацию: времени у меня в обрез, час-полтора, но разговор нужен.
Мне в ответ:
– А вы знаете, что губернатор в больнице лежит после серьезнейшего ДТП?
– Знаю, – говорю, – потому и звоню, потому и хочу с ним встретиться.
– Странный вы человек, – отвечают мне, – губернатор серьезно болен, в тяжелом физическом и психологическом состоянии, а вы на встречу напрашиваетесь. Постеснялись бы.
Диалог затягивался и принимал негативный для меня оборот.
– Прошу вас об одном, – уже слегка выходя из себя, с заметной нервинкой сказал я, – доведите до Василия Кузьмича мою просьбу о встрече. А там как он решит: скажет «да» – тут же приеду, скажет «нет» – обиды не будет.
И нажал на телефоне кнопку «отбой».
Минут через десять звонок:
– Василий Кузьмич готов с вами встретиться. Куда прислать машину?
Встретились мы с губернатором в больничной палате: обычная комната, кровать, стол, два стула. В память о недавней аварии у Бочкарева остались перелом ребра и шрам на лбу на всю оставшуюся жизнь. Но в тот момент у него на голове была белая повязка, словно лыжная шапочка. Поймав мой взгляд, Василий Кузьмич сказал:
– Швы сняли, рана заживает. Скоро и повязку снимут. Нам с Валентиной Ивановной Матвиенко, можно сказать, повезло. А вот моему заму и водителю – нет: погибли. Вместе с их семьями переживаем. Разумеется, в беде их не оставим, будем помогать...
– Впрочем, – продолжал Бочкарев, – от такой беды никто не застрахован. Автомобилизация в стране развивается быстро, я бы даже сказал – агрессивно, а дороги остаются прежними. Теперь вот на себе прочувствовал.
Василий Кузьмич замолчал. Задумался.
– Извините, – продолжил Василий Кузьмич, – печальные воспоминания нахлынули.
Интересно, что не только состояние дорог губернатор ощутил на себе, но и многое другое. Например, состояние нашего здравоохранения. Его легче понять, находясь на больничной койке. Точнее, ощутить на себе все «прелести» больничного быта.
Тогда в нашем разговоре под горячий чаек и домашние пирожки, которые по своим вкусовым качествам, как мне на тот момент казалось, могли конкурировать с упущенными омарами, губернатор упомянул о многих подмеченных им деталях жизни в больнице.
– Возьмем реанимацию, – говорит Бочкарев, – там тяжелобольной пластом лежит, поднять голову сил нет. А кровати какие? Вы думаете — специальные? Нет, самые обыкновенные. Да, специальные кровати когда-то были, но за годы эксплуатации вышли из строя. Из-за отсутствия средств минздрав прекратил их приобретать. Непорядок!
Действительно, непорядок. Бочкарев из больничной палаты дал поручение найти эти самые специальные кровати. Оказалось, что в России их просто нет. Кое-как обнаружили на каком-то таможенном складе. Семь кроватей выписали. Оплатили из губернаторского резерва (бюджетные ассигнования Резервного фонда правительства Пензенской области могут направляться на финансовое обеспечение непредвиденных расходов. – прим. ред.).
Или другое. Звонит губернатор соседней Саратовской области Дмитрий Федорович Аяцков:
– Какая помощь нужна?
Бочкарев смотрит в окно: стекло треснуто.
– Помоги, – говорит, – стеклом.
В Саратове есть завод оргстекла (ОАО «Саратовстекло». – прим. ред.). Аяцков прислал аж два контейнера. Года на три-четыре больнице хватит.
Мелочи, вы скажете! Может, и мелочи. Но серьезные мелочи, если только большое начальство способно решить.
Это были худые девяностые, время правления [первого президента Российской Федерации Бориса Николаевича] Ельцина.
Тогда прямо отсюда, из больничной палаты губернатор Бочкарев дал указание подготовить проект постановления об ограничении наценок на медикаменты с таким расчетом, чтобы они не превышали 10-15%. Этого, как считал Бочкарев, достаточно и для дальнейшего развития предприятий [фармацевтической промышленности], и приличной зарплаты работников [этих предприятий].
Губернатора нет в своем рабочем кабинете, в больнице лечится, но это только считалось, что губернатор болеет. Он работает: телефон есть, помощники под рукой, документы доставляются…
Помнится, я сказал тогда губернатору:
– Василий Кузьмич, вот Вы полежали в больнице и столько недостатков на себе прочувствовали. Чтобы полный порядок навести, надо во все сферы внедряться: и в институте попреподавать, и в школе уборщицей поработать, и за прилавком магазина постоять, и за плугом походить…
– Конечно, – смеется Василий Кузьмич, – можно и так делать. Но лучше тщательнее подбирать себе помощников. Искать людей и высококомпетентных, и в высшей степени ответственных. Но и щука должна быть в пруду, чтобы карась не дремал: контроль постоянный осуществлять. В данном случае все мои указания – результат реального контроля.
– Знаете, – уже в заключение нашей беседы сказал Бочкарев, – каждому человеку, как ни кощунственно это прозвучит, надо хоть раз в жизни в тяжелом состоянии в больнице полежать. Именно здесь хорошо думается о вечном, о мирских делах наших. И сам становишься и конкретнее, и добрее.
Честно скажу, эта фраза тогда мне показалась бравадой: приехал корреспондент центральной газеты к больному руководителю региона, надо показать свою силу, свою несгибаемость и философский взгляд на жизнь. Эти свои впечатления я в статье не описывал, однако мысль, что «на больничной койке хорошо думается», в заголовок вынес. Но вот недавно со мной самим случилось несчастье. Катаясь на горных лыжах, неудачно упал, и с горной трассы меня увезли на носилках в больницу, где пришлось провести несколько недель. Вот тут только я понял, насколько был прав Василий Кузьмич. За подлые те мысли прошу у него прощения.
Вообще я никогда не думал, что та мимолетная встреча может иметь продолжение. Бочкарев живет и правит в Пензе, Пензенской области – он крупный начальник, я работаю в Самаре. Но жизнь распорядилась иначе. В 2003 году я был назначен директором Средневолжского регионального представительства «Российской газеты» – официального печатного органа правительства Российской Федерации. В зону ответственности вошли шесть регионов, в том числе и Пензенская область.
Помню вторую встречу, уже в новом своем качестве, с губернатором Бочкаревым. Это было в его рабочем кабинете. Меня привел к нему пресс-секретарь. Представил. Вот, мол, директор филиала «Российской газеты». Я тогда сказал:
– Василий Кузьмич, а мы ведь с вами уже встречались. Помните, после аварии, когда вы лежали в больнице?
Бочкарев посмотрел на меня, как мне показалось, изучающе:
– Конечно, помню. И разговор наш помню.
Я тогда не стал детализировать нашу тамошнюю беседу из опасения, что поставлю его в неудобное положение: а вдруг он не помнит тот мой визит, а сказал, что помнит, так, для приличия. У губернатора таких случайных разговоров – десятки в день. А тут встреча почти пятилетней давности. Но он сам напомнил обстоятельства нашей беседы. Меня это удивило. Хорошая память. Профессиональная.
Как-то так повелось, что почти всегда, когда я приезжал по делам службы в Пензу, то вместе с собственным корреспондентом «Российской газеты» по Пензенской области Натальей Викторовной Саванковой мы встречались с Бочкаревым. Причем о приеме я договаривался не через пресс-службу или пресс-секретаря, а напрямую с губернатором. Звонил в его приемную, представлялся его секретарю Галине Александровне Разживиной, и она меня тут же соединяла. Если Бочкарев был занят, то перезванивала через какое-то время. У меня, к слову сказать, был и сотовый телефон губернатора, но я не считал правильным обходить установленную процедуру связи.
Губернатор Пензенской области Василий Бочкарев дает эксклюзивное интервью «Российской газете» в лице директора Средневолжского регионального представительства «Российской газеты» Владимира Бабенкова и корреспондента Натальи Саванковой, г. Пенза, 2012 год
Наши разговоры порой затягивались. Вели речь о политике, о делах в Пензенской области, о его командировках в иные края и что оттуда он выносил для себя, для региона. Он обязательно высказывал свое мнение о каких-то статьях в «Российской газете», которые его зацепили. Было видно, что он лично читает свежую прессу… Но, что характерно, никогда ни с нашей стороны не заходил разговор о каких-то коммерческих делах, ни с его стороны не было просьб снизить накал публикаций. Разговор был товарищеский, очень доверительный и откровенный. И детали его в печать не проникали. Хотя Наталье Саванковой (она же журналист) порой хотелось выстрелить каким-то фактом. Сдерживалась. Табу!
А вот при деловых встречах Василий Кузьмич мог и упрекнуть «Российскую газету», а значит, меня как директора филиала и Наталью Саванкову как собственного корреспондента, за резкость оценок. Я ему всегда говорил: «Василий Кузьмич, если мы наврали, разберемся, ответим. Если просто не нравится, то совсем другой вопрос. У вас работает мой лучший собкор. К слову, Наталья Саванкова тогда являлась лучшей не только в нашем филиале, но и в «Российской газете», охватывающей все регионы страны от Калининграда до Хабаровска. Недаром ей вручили «Паровоз» — самую престижную, высшую творческую награду редакции «Российской газеты». «Паровозом» в газетах называется материал на открытии номера. Чтобы попасть туда, журналисту нужно изрядно постараться, преодолеть серьезнейшую конкуренцию с коллегами по перу.
Однажды, когда в очередной раз я произнес губернатору дежурную фразу: «У вас – мой лучший корреспондент», – Бочкарев в сердцах мне бросил: «Да заберите Вы от меня вашего лучшего, дайте какого-нибудь плохенького!» Он это сказал, и мы вместе засмеялись. И тут же лично пригласил меня на свой юбилей. Василий Кузьмич понимал: дружба – дружбой, а служба – службой!
Помнится, на одном из мероприятий, посвященном какому-то важному событию, в кулуарах я подарил ему часы от «Российской газеты». Привлекательные такие, с черным циферблатом. Он взял их, покрутил в руках и сказал: «Красивые! Спасибо! Но непатриотично – иностранное производство». Подозвал помощника и что-то ему сказал. Через какое-то время помощник появился и передал Василию Кузьмичу коробочку. Это оказались губернаторские подарочные часы. Он мне их и вручил. Я посмотрел: великолепный аппарат! Фирма – «Заря»! Наши, отечественные!
– Уели, – говорю, – Василий Кузьмич! Ну, уели!
Василий Бочкарев был большим другом «Российской газеты». Он ее внимательно читал, порой высказывал замечания по публикациям. Спасибо ему за это. В 2010 году, к 20-летнему юбилею «Российской газеты», редакция выпустила небольшим тиражом памятную медаль — знак, посвященный сей дате. Этот знак я вручил большому другу «Российской газеты» – губернатору Пензенской области Василию Кузьмичу Бочкареву».
Журналистская биография Владимира Бабенкова началась в 1971 году в многотиражной газете девятого государственного подшипникового завода «Ленинское знамя». В 1974 году был приглашен на работу в молодежную газету «Волжский комсомолец». С 1978 по 1984 годы работал в областной газете «Волжская коммуна» – вначале корреспондентом отдела информации, а затем заведующим отделом строительства.
В 1984 году Владимир Александрович был приглашен на работу в областной комитет КПСС, где работал инструктором, заведующим сектором печати, а затем и помощником первого руководителя области.
В 1991 году Владимир Александрович Бабенков вновь вернулся в журналистику. В течение 12 лет проработал собственным корреспондентом газеты «Трибуна» (правопреемница газеты ЦК КПСС «Социалистическая индустрия») по Самарской, Ульяновской и Оренбургской областям.
В феврале 2003 года Владимир Бабенков был приглашен на работу в издание правительства Российской Федерации – «Российскую газету» в качестве директора Средневолжского регионального представительства (ныне филиала). В этой должности он проработал до ноября 2022 года. Выйдя на пенсию, сохранил связь с газетой – он советник директора филиала.
, копия (4) (1).gif)
.jpg)
.jpg)
