Юрий Моисеев: «При Василии Бочкареве пензенское село реально вздохнуло»

27.08.24

Поделиться

В рамках спецпроекта ИА «Пенза-Пресс», приуроченного к 75-летию со дня рождения бывшего губернатора Пензенской области Василия Кузьмича Бочкарева (1949-2016 гг.), своими воспоминаниями с нами поделился глава Неверкинского района Юрий Владимирович Моисеев.

«Василия Кузьмича Бочкарева я впервые увидел в 1993 году в приемной Дмитрия Федоровича Аяцкова, который в то время был первым заместителем главы администрации города Саратова. Мы как раз приступали к строительству храма во имя святого благоверного великого князя Димитрия Донского в селе Столыпино [Балтайского района Саратовской области] (село Столыпино, основанное в начале ХVII века и названное по фамилии землевладельцев – древнего дворянского рода Столыпиных, с 1930 по 1996 годы именовалось Калинино; Д.Ф. Аяцков и Ю.В. Моисеев – уроженцы данного населенного пункта. – прим. ред.). Я должен был согласовать проектную документацию по храму и ожидал приема.

И тут входит в приемную первого вице-мэра такой громила, которого секретарша сразу же проводила в кабинет Дмитрия Федоровича. Я поинтересовался у нее, кто это, и она сказала, что это Василий Бочкарев – глава администрации Железнодорожного района города Пензы.

Я сразу понял, что он бывший спортсмен. Сам занимался спортом, и глаз у меня наметанный. Потом нас Аяцков познакомил, и с тех пор завязалась наша с Василием Кузьмичом дружба. Первое впечатление было о нем как о серьезном и чрезвычайно строгом человеке. Уже потом, когда я его узнал поближе, понял, что он может быть разным: и шутить мог, и общаться неформально, а тогда я подумал: «Ну очень строгий мужик. И как они там с ним работают в этом Железнодорожном районе?»

Сразу было понятно, что это дельный, конкретный человек, и последующие годы только подтвердили, что я не ошибся. За время нашего общения мы не только много спорили, но и шутили, смеялись.

Как раз по поводу строительства храма в селе Столыпино мы с ним начали более тесно сотрудничать. Его строили военные организации, которые находились в городе Кузнецке [Пензенской области], и текущие рабочие задачи решались через Василия Кузьмича, хотя он в то время еще не был губернатором, а возглавлял Железнодорожный район в областном центре. Мобильные телефоны тогда еще широко распространены не были, а многие вопросы приходилось согласовывать, для этого я по звонку Дмитрия Аяцкова приезжал на встречи, которые проходили как в самой Пензе, так и на границе Пензенской и Саратовской областей. В ходе этих встреч мы все больше сближались, я лучше узнавал Василия Кузьмича.

Новый этап наших отношений начался, когда в силу некоторых проблем личного характера [в 2006 году] я оставил пост вице-губернатора – первого заместителя председателя правительства Саратовской области. Сначала я ушел в бизнес, но достаточно быстро понял, что предпринимательство – это не мое.

В 2011 году Василий Кузьмич предложил мне поработать в Пензенской области. Тогда освободилась должность главы администрации Неверкинского района, и Бочкарев предложил ее мне. Говорит: «Приезжай, поработаешь пару лет». Я согласился, даже не подозревая, что останусь главой районной администрации до сегодняшних дней. В сотрудничестве с Василием Кузьмичом мы много хорошего здесь сделали – и спортивные объекты, и социальные, и дороги хорошие провели к населенным пунктам.

Губернатор Пензенской области Василий Бочкарев и глава администрации Неверкинского района Юрий Моисеев в доме культуры села Алеево Неверкинского района, 1 ноября 2011 года

Встречались с Василием Кузьмичом не только по делам, но и в неформальной обстановке. И на рыбалке много раз были, и на охоте. Впрочем, даже эти встречи я иногда ухитрялся использовать для решения насущных проблем района. Я губернатора специально возил по плохим дорогам, чтобы добиться их ремонта [за счет софинансирования из бюджета Пензенской области].

«У вас [в Неверкинском районе] других дорог что ли нет?» – удивлялся Бочкарев. Я говорю: «Василий Кузьмич, ну, здесь напрямую, рядом». «Да, так я с тобой все [областные] деньги на неверкинские дороги потрачу», – возмущался он, а я молча ждал. Губернатор спрашивал: «Чья это дорога? Региональная?» – и, получив от меня утвердительный ответ, звонил Александру Гришаеву, возглавлявшему министерство строительства, транспорта и дорожного хозяйства Пензенской области: «Александр Георгиевич, я вот нахожусь там-то и там-то, эта дорога региональная? Почему она в таком состоянии?! Какого лешего?! Давай ее делать!»

Когда я в Неверкинский район пришел, здесь было очень много земли [сельскохозяйственного назначения] необработанной, заброшенной, порядка 23 тысяч гектаров, а Василий Кузьмич очень любил охотиться на сурка. Сурка у нас в районе водится очень много, и я имел возможность брать лицензию на охоту (разрешение государственного органа на добычу объектов животного мира на угодьях общего пользования. – прим. ред.). Бывало, приезжаем, губернатор спрашивает: «Чьи это поля?» Я говорю: «Вы будете ругаться, ведь поля не обработаны… Мы работаем в этом направлении, но сразу все сделать не получается». А он: «Здесь сурки живут, ты не обрабатывай эти земли, оставь».

Понедельник – идет оперативное совещание у губернатора в режиме видеоконференцсвязи. Тема – введение залежных земель в сельскохозяйственный оборот. Василий Кузьмич обращает внимание на Неверкинский район: «Вот Моисеев не пашет, не сеет, он ничего там не делает. У него на уме одна охота…»

Я готов был провалиться на месте, проклинал себя, что повез губернатора на сурка. Следом звонок от него: «Юр, ты не обиделся? Не обижайся, я вот одного министра тут поругал, а он с инфарктом в больницу слег. А я знаю, что у тебя нервы крепкие – в одно ухо влетело, в другое вылетело. Не обижайся, в среду приеду к тебе».

Василий Кузьмич часто на планерках пропесочивал одних и тех же. Меня, Ришата Рифатовича Алтынбаева – главу администрации Лопатинского района и еще некоторых глав. Он, видимо, всех больше нас любил, и нам всех больше доставалось.

Глава крестьянского (фермерского) хозяйства Хусяин Чекаев, глава администрации Неверкинского района Юрий Моисеев и губернатор Пензенской области Василий Бочкарев (на заднем плане – министр инвестиционного развития и предпринимательства Пензенской области Алексей Костин), село Алеево Неверкинского района, 30 мая 2014 года

Я благодарен судьбе за знакомство с ним, конечно, очень жаль, что Василий Кузьмич так рано ушел [из жизни]. По сегодняшним меркам, когда многим руководителям, которые эффективно работают, уже за 70, он очень многое еще мог бы успеть сделать.

Если оценивать его по 10-балльной системе, то за его дела ему нужно поставить даже не 10, а 11 баллов. Не хочу преуменьшить деятельность тех, кто был до него [на посту губернатора Пензенской области] и после него, но в 2000-е годы о Пензенском регионе в России узнали именно благодаря Василию Кузьмичу.

Я даже Дмитрию Федоровичу Аяцкову, когда в правительстве Саратовской области работал, его в пример приводил – столько всего в соседней Пензенской области благодаря Бочкареву делалось: и свиноводческие комплексы, и индюшатники, и фермы с дойным стадом. Дай Бог, все то, что он сделал, сохранить и приумножить!

Взять дороги – сегодня очень много вкладывается в дорожное строительство в Саратовской области, однако таких дорожных развязок, которые были построены при Бочкареве в районах Пензенской области, там до сих пор еще не появилось – с какой стороны в Пензенскую область ни заезжай, не придется стоять в пробках.

Губернатор Пензенской области Василий Бочкарев и глава администрации Неверкинского района Юрий Моисеев посещают сельскохозяйственный потребительский снабженческо-сбытовой кооператив «Алеевский» (слева от Ю.В. Моисеева – председатель кооператива Ряшит Юмакулов), село Алеево Неверкинского района, 30 мая 2014 года

Ну и, конечно, пензенцы будут его долго вспоминать хорошим словом за новое здание Пензенского областного драматического театра, за областную филармонию и киноконцертный зал «Пенза», за Спасский кафедральный собор и еще много других знаковых объектов. А сколько для спорта было построено при нем! Наверное, потому что он был спортсменом и оставался таковым в душе до самого конца своей жизни.

У нас в Неверкинском районе люди до сих пор вспоминают о Бочкареве только доброе…

Если называть главные из его свершений как губернатора Пензенской области, то это, во-первых, привлечение в регион крупных инвесторов федерального уровня, ведь только благодаря ему область в мировых лидерах по производству индейки и на хорошем счету по ряду других показателей, во-вторых – это капитальные вложения в сельскую инфраструктуру. При Бочкареве село реально вздохнуло.

Приведу в качестве примера свой Неверкинский район. Не знаю, по какой причине после перестройки, в 1990-е годы, в сельской местности закрывались детские сады, но, когда я возглавил район, у нас было всего два детских сада, которые находились в самом райцентре. Когда Василий Кузьмич об этом узнал, то был поражен. Поинтересовался у меня, есть ли необходимость в них. Сказал, что есть. После того разговора с губернатором в небольших муниципалитетах, с населением в тысячу и более человек, открыли детсады, которые работают до сих пор.

При Василии Кузьмиче был закончен ремонт практически всех школ в Неверкинском районе. При этом он следил за тем, чтобы этот ремонт был выполнен качественно и надолго. К примеру, губернатор настаивал, чтобы при ремонте крыши в школах крыли не мягкой кровлей, а металлом. На учебных заведениях не экономил, если была необходимость, выделялись дополнительные средства [из бюджета Пензенской области].

В Неверкинском районе были отремонтированы все спортивные объекты, строились новые модульные физкультурно-оздоровительные комплексы. Многие фельдшерско-акушерские пункты отапливались электроэнергией, другого отопления не было, а это серьезная бюджетная нагрузка. По настоянию Бочкарева ФАПы были переведены на газовое отопление. Бюджет Неверкинского района не вытягивал финансирование Неверкинской районной больницы им Ф.Х. Магдеева, и Василий Кузьмич перевел ее в региональное подчинение – министерству здравоохранения Пензенской области (в настоящее время – Неверкинская участковая больница им Ф.Х. Магдеева государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Кузнецкая межрайонная больница». – прим. ред.).

Губернатор всесторонне помогал малому и среднему бизнесу. Поддерживал любые начинания сельских предпринимателей, даже небольшой бизнес. Приезжал, не стеснялся, общался с бизнесменами. Вопросы государственной и административной поддержки решались с полуслова, потому что глава региона отчетливо понимал, как важно поддерживать удаленные от областного центра районы в части расширения и укрепления их налогооблагаемой базы, создания на местах новых производств, новых рабочих мест.

Василий Кузьмич был человеком слова. По-хорошему был упертым, настырным. Я знаю, что он не стеснялся на федеральном уровне заходить в разные высокие кабинеты, чтобы сделать что-то полезное, продуктивное для Пензенской области. Выставляли вон – заходил снова. Этому его спортивному напору невозможно было противостоять.

Один принцип Василия Кузьмича до сих пор является для меня актуальным. Нам приходилось с ним общаться в разной обстановке, бывало, засиживались за чашкой чая, шутили, балагурили. Он говорил: «Юра, завтра приду на работу, не обижайся – на работе у меня друзей нет». Я и в своем кругу всех всегда предупреждаю, когда где-то мы сидим общаемся, что, едва я переступаю порог администрации, у меня друзей нет, со всех спрос одинаковый. Я и детям своим говорю: дружба – дружбой, а служба – службой. Этого принципа я придерживаюсь всю свою жизнь.

Я на 110% благодарен Василию Кузьмичу за все, что он для меня сделал, за то, что мой путь оказался связанным с Пензенской областью, с Неверкинским районом. Я каждый год приезжаю, как минимум, два раза на его могилу – в день его рождения и в день смерти, и буду это делать до конца своей жизни.

Очень хорошо, что люди в Пензе такие, что не забывают о тех, кто возглавлял регион, кто для него сделал много хороших дел. Причем речь как о руководстве Пензенской области, так и о простых людях. В России мало, на самом деле, таких регионов. То, что сегодня в области память о Василии Кузьмиче живет, — это заслуга пензяков. Я преклоняюсь перед ними за это».