«Мои впечатления от первой личной встречи с Василием Кузьмичом Бочкаревым, губернатором Пензенской области, были необыкновенно яркими и неоднозначными. До первого нашего очного знакомства, так сказать, с глазу на глаз, когда я работал заместителем полномочного представителя президента Российской Федерации в Приволжском федеральном округе, на всех окружных совещаниях с руководителями регионов, естественно, мы взаимодействовали и с Василием Кузьмичом. Но взаимодействие, понятно, было в строгих рамках протокола, общались с ним сугубо как должностные лица.

Но непосредственно уже с глазу на глаз я с Бочкаревым впервые пообщался в начале 2000-х годов – будучи заместителем полпреда, я также являлся секретарем совета при полномочном представителе президента Российской Федерации в Приволжском федеральном округе по координации территориальных органов федеральной власти, региональных органов исполнительной власти и местного самоуправления в решении внутриполитических государственных задач. В этот совет по своим должностным позициям входили все главы субъектов Федерации, входящих в пределы округа. Я приехал в Пензу с разнарядками по региону, связанными с территориальной антитеррористической защищенностью. Обстоятельно готовился к встрече с губернатором Бочкаревым. И когда зашел в его рабочий кабинет, к своему удивлению, увидел, что половину помещения занимает пресса с камерами и микрофонами. А к этому паблисити я был совершенно не готов.

Что ж. Мы сели в присутствии журналистов за стол переговоров, и Василий Кузьмич вместо протокольных общих фраз для прессы начал жестко критиковать действия некоторых федеральных органов государственной власти в части, касающейся межбюджетных отношений Федерации и регионов. Вот так неожиданно для себя я оказался ответственным за решения федерального центра, которых, естественно, не принимал в силу отсутствия соответствующих полномочий. Признаюсь, в той обстановке у меня был эмоционально-психологический дискомфорт – ведь все фиксировалось на телекамеры, фотоаппараты и диктофоны, и я к такому «откровенному», напористому разговору был не готов. К тому же, в мои планы не входило генерировать с руководителем окружного подшефного региона конфликт.

После того, как журналисты удалились из кабинета губернатора, мы с Василием Кузьмичом разговорились, обсудили, разобрали более детально те вопросы, которые он манифестировал в присутствии прессы. Поговорили продуктивно, с личной искренностью, с полным взаимопониманием. В тот визит я провел на территории Пензенской области два дня, и надо сказать, что мое первое, не совсем приятное впечатление от личной встречи с Бочкаревым закончилось огромной симпатией к нему, и, уверен, он тоже проникся симпатией ко мне.

Что я вынес из той первой личной встречи с Бочкаревым. Во-первых, я увидел, что Василий Кузьмич – он, конечно, губернатор, но в первую очередь человек, который действительно переживает, болеет за системные проблемы, которых достаточно много и на федеральном уровне, и на региональном, и на муниципальном, да везде. Переживает за эти проблемы и, главное, проживает, пропускает полностью через себя.

Во-вторых, увидел, что Василий Бочкарев находится на одной волне со своими земляками, с жителями Пензенской области, не отделяет себя от народа, является его органической частью. Бочкарев всегда ездил без экипажей специального сопровождения, он не использовал личную охрану, на его служебной машине никогда не видел «мигалок» (устройства для подачи специальных световых и звуковых сигналов. – прим. ред.), зачастую он сам сидел за рулем машины. Пребывая в Пензенской области, мы спокойно выходили с ним из автомобиля в любом месте, где нам хотелось «неподготовленно» пообщаться с людьми, так сказать, своими глазами увидеть, что да как, самостоятельно и без «чиновничьих подсказок» прочувствовать реальную атмосферу жизни, как говорил Василий Кузьмич, «на земле, а не на асфальте».

Поскольку в своей профессиональной деятельности, будь то государственная служба или вне ее, я и сам применяю примерно такой же подход, что и Василий Кузьмич, естественно, мы на этой ниве сдружились с ним. Бочкарев во второй день моего первого визита в Пензенскую область лично провожал меня до самой границы региона с Республикой Мордовия и всю дорогу пенял мне, что я до этого в Пензенской области ни разу не появлялся, хотя не первый день занимал должность заместителя полномочного представителя президента Российской Федерации в Приволжском федеральном округе. Я же в то время, в начале 2000-х годов, в основном занимался национальными республиками, реализацией мероприятий по укреплению в округе вертикали государственной власти, повышением управляемости и подотчетности органов власти субъектов Российской Федерации федеральному центру, в том числе по этноконфессиональным аспектам. В этом плане вопросов и претензий к Пензенской области не было. Но все равно Василий Кузьмич взял с меня слово, что я не менее раза в один-два месяца буду обязательно приезжать в Пензенскую область. Ему было принципиально важно, чтобы руководимый им регион был на виду у федерального центра.

Губернатор Пензенской области Василий Бочкарев, полномочный представитель президента Российской Федерации в Приволжском федеральном округе Григорий Рапота, председатель Законодательного собрания Пензенской области Александр Гуляков, заместитель полномочного представителя президента Российской Федерации в Приволжском федеральном округе Леонид Гильченко, главный федеральный инспектор по Пензенской области Владимир Фомин, первый заместитель председателя Законодательного собрания Пензенской области Валерий Лидин, руководитель фракции «Единая Россия» в Законодательном собрании Пензенской области Вадим Супиков в конференц-зале Законодательного собрания региона, 9 апреля 2009 года

С Василием Кузьмичом мы лично дружили. Я часто приезжал по его просьбе, по первому звонку, в Пензенскую область на всевозможные знаковые для него, а значит, и для жителей региона, мероприятия; для меня это было, бесспорно, почетно… Губернатор Бочкарев невероятно много внимания уделял развитию профессионального и массового спорта в Пензенской области, строительству капитальных спортивных сооружений. В этом плане он был примером для многих руководителей регионов Приволжского федерального округа. Когда вновь назначенные губернаторы спрашивали меня [как заместителя полномочного представителя президента Российской Федерации в Приволжском федеральном округе по вопросам реализации внутренней политики], куда им следует поехать перенимать позитивный опыт управления территорией, я говорил одно: «Поезжайте к Кузьмичу, походите с ним и все увидите, поймете». Бочкарев превосходил многих [сравнительно с ним] молодых глав регионов не только навыками, но и определенной молодостью своего характера, юношеским рвением своей души. Он легко загорался новыми интересными идеями, если чувствовал какие-то новшества, внедрение которых бы позволило улучшить жизнь своего региона и пензенцев.

Хочу повторить, что мы с Василием Кузьмичом дружили практически все время – и в период его губернаторства, и сенаторства, да всю оставшуюся его жизнь. Это выражалось не в том, что мы постоянно ходили друг к другу в гости, нет. Имели мы душевную близость, понимали друг друга с полуслова. И если нужна была какая-то помощь или совет – ему или его – мне, то мы напрямую созванивались, нам не нужно было никаких дополнительных реверансов или разъяснений. Поверьте, бывает такое и у руководителей высокого ранга.

Я очень часто бывал в Пензенской области, благодаря Василию Кузьмичу знал ее хорошо (конечно, далеко не так, как он сам). Как секретарь совета при полпреде всегда рекомендовал каждому новому полномочному представителю президента России в Приволжском федеральном округе окружные советы, куда входили главы регионов округа, руководители окружных территориальных подразделений федеральных структур, проводить в городе Пензе. Потому что губернатор Бочкарев всегда к организации и проведению заседаний этих советов подходил с полной самоотдачей.

Мы с Василием Кузьмичом разговаривали на самые разные темы, достаточно откровенно, потому что испытывали друг к другу доверие. А это дорогого стоит в отношениях между представителями разных властных структур, а тем более – не линейных, региональных и федеральных. Ведь зачастую это зона противостояния интересов. Но с Бочкаревым мы легко все эти должностные и институциональные разногласия нивелировали человеческим общением.

Считаю главным достижением Василия Кузьмича Бочкарева как губернатора Пензенской области – что он сделал свой регион субъектом федеративных отношений. Пензенская область не богата естественными ресурсами – углеводородом, драгоценными и редкоземельными металлами, – которые делали бы ее значимой, выразительной и привлекательной с точки зрения реализации задач [сырьевой] экономики и большой политики. Это не национальная республика, требующая какого-то особенного, индивидуального отношения. Пензенская область – рядовой регион европейской части России, которых много. Но Василий Кузьмич на собственном, персоналистом ресурсе затягивал в Пензенскую область федеральные средства, проекты, и в итоге Бочкарев сделал Пензу узнаваемым субъектом Российской Федерации. Сейчас Пензенская область стоит в ряду заметных регионов нашей страны. Все знают, что Пензенская область есть, что имена многих выдающихся, великих фигур связаны с Пензенским краем.

Что касается попыток предать забвению достижения Василия Кузьмича, то пусть это будет на совести тех людей, которые приходят после таких крупных и масштабных фигур. Я не могу давать оценку их действиям и решениям. Так часто бывает, что когда уходит масштабная системная фигура, то последователи испытывают дискомфорт.

Одно могу сказать, что сейчас у меня нет никаких опасений по поводу сохранения памяти о Василии Бочкареве. Потому что знаю, что Олег Владимирович Мельниченко, нынешний губернатор Пензенской области, с которым я хорошо общаюсь много лет и с которым мы достаточно долго вместе работали в аппарате полномочного представителя президента России в Приволжском федеральном округе, относится к наследию Василия Кузьмича так же, как и я, то есть с пиететом. И в этом убеждался неоднократно».